• A
  • A
  • A
  • АБB
  • АБB
  • АБB
  • А
  • А
  • А
  • А
  • А
Обычная версия сайта
Мероприятия
Статья
Boye, K. P. Kehayov (eds.): Complementizer Semantics in European Languages

Dobrushina N.

Linguistic Typology. 2018. Vol. 22. No. 1. P. 165-174.

Глава в книге
Proceedings of the Eleventh International Conference on Language Resources and Evaluation (LREC 2018)

Kimmelman V., Клезович А. Г., Moroz G.

In bk.: Proceedings of the Eleventh International Conference on Language Resources and Evaluation (LREC 2018). P.: European Language Resources Association (ELRA), 2018. Ch. 102. P. 4230-4234.

Препринт
Nominative object in modern North Russian dialects

Ronko R.

Linguistics. WP BRP. НИУ ВШЭ, 2017. No. 61.

«Они знают самые диковинные лингвистические факты»

Рассказ-репортаж преподавателей школы лингвистики об их работе в жюри Всероссийской олимпиады школьников по русскому языку.

С 9 по 14 апреля в Великом Новгороде прошёл заключительный этап Всероссийской олимпиады школьников по русскому языку. Это, пожалуй, самое престижное соревнование юных лингвистов в пределах России: дипломы победителей и призёров дают право поступления без экзаменов на лингвистические специальности почти любого университета, поэтому большинство дипломантов финала олимпиады выбирают для себя лингвистическую карьеру.

Среди студентов и выпускников образовательных программ школы лингвистики, а также её сотрудников — множество тех, кто в прошлом участвовал и побеждал в олимпиаде по русскому языку, вопреки своему названию предлагающей участникам задачи далеко не только по русистике, но и по всем отраслям современного языкознания.

Трое сотрудников школы лингвистики — профессор Сергей Князев, а также старшие преподаватели Алексей Козлов и Андриан Влахов — уже не первый год входят в состав жюри финального этапа и Центральной предметно-методической комиссии, разрабатывая задания олимпиадных туров, проверяя работы участников финального этапа и определяя вектор развития олимпиады.

В этом году участникам заключительного этапа — а это 263 ученика 9–11 классов из разных уголков России — были предложены задания на материале различных языковых явлений и систем, с помощью которых должны были быть определены победители олимпиады. Профессор Сергей Князев традиционно подготовил для участников задания по русской фонетике, посвящённые её артикуляторному аспекту. Андриан Влахов предложил 11-классникам комплексное задание по социолингвистике и языковым контактам, которому был посвящён весь второй тур олимпиады. В комплекте были и очень популярные у школьников задания научного сотрудника школы филологии Александра Пиперски, посвящённые современной филологической науке фонотактике — к сожалению, сам Александр Чедович в этот раз не смог приехать на олимпиаду. Наконец, несколько заданий Алексея Козлова в основном касались синтаксической теории, в том числе в типологическом освещении.

Участники заключительного этапа олимпиады успешно справились со всеми предлагавшимися им заданиями, а это значит, что через несколько месяцев ведущие лингвистические вузы России — и не в последнюю очередь Вышка — пополнятся новыми блестящими студентами. С нетерпением ждём молодых коллег!

Алексей Андреевич Козлов, старший преподаватель школы лингвистики, а в 2010–11 годах — победитель заключительного этапа олимпиады, делится своими впечатлениями об олимпиаде:

 

Козлов Алексей Андреевич

Школа лингвистики: Старший преподаватель

 
 

Настоящие лингвисты впервые приезжают в Великий Новгород в экспедицию. А я нет. Я до этого апреля там ни разу не был.

Перед отъездом написал вконтакте самым увлечённым новгородскими древностями знакомым: что главное нужно посмотреть, кроме Софии? В ответ получил длинные списки церквей с незапоминающимися названиями. Я проглядел их с некоторой тоскою, потому что уже понял, что — нет, не успею.

Когда я восемь лет назад был участником всероссийской олимпиады, она была прежде всего вдохновенным событием: конечно, вначале очень страшно, но и интересно тоже — очень. Потом это «вначале» заканчивается, и начинается пронзительное молодёжное общение. А теперь я член жюри, и вдохновенная работа — сочинение заданий — кончается у меня уже за некоторое время до начала олимпиады. На самой олимпиаде работа тяжёлая: проверка, перепроверка, сверка баллов. А потом — показ работ. Какой уж тут Прокопий, какой Фёдор Стратилат на ручью.

Ну, сказал я себе, скрепя сердце, я ведь не ради Феофана Грека еду. Посмотрю Феофана Грека в Интернете. И я ведь больше люблю Максима Грека, чем Феофана. И вообще — рак за руку Греку цап.

Я еду ради детей. На олимпиаде потрясающие дети: когда я сам перестал быть таким? Пять лет назад, шесть?

Они очень легко думают о самых незнакомых для себя вещах. Знают самые диковинные лингвистические факты. Изящно спорят (особенно когда дело касается того, чтобы ты повысил им полбалла, но и не только). Самое тяжёлое и вместе с тем самое радостное в олимпиаде — показ работ: все (или почти все) участники, один за другим, обходят жюри и обсуждают, почему им поставили именно такие баллы. Иногда мы, конечно, не соглашаемся друг с другом. Например, в этом году я так и не согласился, что смена названия «Дом Иаковлев» на «Дом Израилев» — это точь-в-точь такая же смена этнонима, как у тунгусов, которые стали эвенками. Но спор того стоил.

Мне кажется, что я хочу им преподавать. Год назад моё желание исполнилось.