Алтайская экспедиция: язык, соседство и повседневная жизнь Кош-Агача

С 4-го по 22-е июля студенты и преподаватели НИУ ВШЭ работали в селе Кош-Агач Республики Алтай. Участники экспедиции «Грамматика алтайского языка и соседские практики в Республике Алтай», организованной при поддержке программы «Открываем Россию заново», изучали грамматику алтайского языка и исследовали, как устроены соседские отношения в одном из самых отдаленных районных центров России.

Экспедиционеры

из личного архива участников экспедиции

Язык, который нужно изучать в поле

Кош-Агач был выбран не случайно. В Кош-Агачском районе еще не проводилось  полевых исследований алтайской грамматики. При этом язык в этом районе живее всех живых: по данным мониторинга языковой ситуации 2021 года, о свободном владении алтайским сообщили 89,7% опрошенных алтайцев, теленгитов и тубаларов района. И как на месте оказалось: по-алтайски говорят и старики, и семиклассники.

Полгода до экспедиции студенты готовились под руководством преподавателей школы лингвистики Ильи Макарчука и Дарьи Сидоркиной. Во время подготовки студентами были рассмотрены все основные разделы грамматики алтайского языка. Вместе с преподавателями студенты определяли, какие разделы алтайской грамматики стоит в первую очередь изучить в рамках полевого исследования. В поле лингвисты собирали у носителей анкеты: просили перевести на алтайский специально подготовленные предложения или спрашивали, правильно ли то или иное алтайское предложение. Потом переслушивали, внимательно анализировали полученные данные, собирали в сводные таблицы и составляли новые анкеты.

У каждого участника экспедиции была своя грамматическая тема для изучения.  Студенты заранее выбирали, какой аспект грамматики они хотят исследовать, изучали теоретическую базу по выбранной теме и консультировались с преподавателями относительно дизайна своего исследования.  К тому же, как выяснилось во время экспедиции, говор Кош-Агача достаточно сильно отличается от уже имеющихся описаний алтайского языка: различия есть и в базовой лексике и в грамматике. Многие наблюдения позволяют сопоставить грамматику Кош-Агачского говора с уже существующими грамматическими описаниями алтайского языка  из других районов  — то, что нельзя почерпнуть из текстов на алтайском.

За время экспедиции студентам и преподавателям удалось изучить модальность, будущее время, притяжательные конструкции, неглагольную предикацию и не только. Полученные во время полевой работы данные станут хорошей базой для статей, докладов и дальнейшего изучения Кош-Агачского алтайского.

Также исследователи собрали акциональную базу из 50 алтайских глаголов с примерами их употребления в разных контекстах. Эту базу они собирали в рамках большого проекта по типологии акциональности под руководством Степана Михайлова (подробности о проекте).
 

Как быть хорошим соседом?

В Кош-Агач также ездили социологи под руководством аспиранта факультета социальных наук Полины Осиповой. Их интересовали соседские нормы: когда сосед должен помочь другому человеку, когда он вправе отказать и в какой момент помощь превращается в услугу, за которую нормально попросить деньги. Для Кош-Агача этот вопрос особенно интересен: большинство жителей живут в частных домах и хорошо знают соседей, но интернет, маркетплейсы, автомобили и постоянные поездки в Горно-Алтайск одновременно делают местную повседневность все более городской. 

Группа социологов на выезде в соседнем селе

из личного архива участников экспедиции

Первый этап исследования был качественным: неформализованные наблюдения и интервью. Сначала необходимо было понять местный контекст: какие ситуации чего? действительно знакомы жителям и какие просьбы соседей здесь выглядят естественными. За первые пять дней экспедиции удалось собрать 43 интервью и подготовить анкету — опросный эксперимент при помощи техники виньеток. Затем был второй, количественный этап: студенты сумели провести опрос у 98 респондентов.

Село расположено недалеко от границ с Монголией, Казахстаном и Китаем, и через него проходит Чуйский тракт. Поэтому часть местного бизнеса существует благодаря потоку путешественников: работают кафе, гостиницы и магазины. Крупных федеральных сетей при этом немного, и значительную часть услуг создают сами жители. «Здесь все ИПшники», — не раз отвечали во время интервью.

Действительно, малый бизнес здесь соседствует с большой долей занятых в бюджетной сфере. При этом звучала и другая знакомая в сёлах тема: работы недостаточно, а молодежь уезжает учиться и работать в крупные города или летом отправляется на заработки на туристические базы. 

В селе важно хорошо ладить с соседями: соседей могут попросить присмотреть за домом, покормить или подоить скот, ненадолго оставить с ними детей, одолжить инструмент или помочь при подготовке свадьбы и похорон. На некоторых улицах для решения общих вопросов существуют соседские чаты. 

Но вместе с тем сами жители замечают, что соседство меняется. Старшие информанты вспоминали, что раньше люди чаще заходили друг к другу пить чай и проводили больше времени вместе, а теперь «всем некогда».

То, в чем раньше могли помочь, теперь превратилось в платную услугу. Дорогими вещами и техникой делятся осторожнее. Молодые жители чаще допускают возможность отказать соседу. В недавно застроенных районах связи между соседями описываются как более слабые, чем на старых улицах. И все же даже там большинство людей знают живущих рядом и при необходимости обращаются к ним за помощью.